December 11th, 2017

Почему призывы не ходить на выборы помогают Кремлю

Борис Вишневский объясняет в одной формуле
В который раз перед выборами начинают страстно звучать призывы эти выборы бойкотировать. Поскольку они являются «фарсом», «имитацией», и вообще «власть не сменится на выборах». Не знаю точно, являются ли те или иные «кандидаты в кандидаты» на президентских выборах «кремлевскими проектами». Но что куда больше похоже на «кремлевский проект», — по сути, а не по источнику, — так это идея бойкота выборов. И доказать это очень просто.

Правила президентских выборов: сравниваются проценты голосов, полученные кандидатами. Процент голосов за каждого из них — это простая дробь. В числителе — число избирателей, проголосовавших за кандидата. В знаменателе — число избирателей, принявших участие в голосовании (определяется по числу избирательных бюллетеней в ящиках для голосования). То есть, число тех, кто пришел на выборы, расписался за бюллетень, и опустил бюллетень в урну (а не забрал его с собой).

А теперь сядем и посчитаем.

В выборах участвует Владимир Путин и другие кандидаты. Обозначим число сторонников Путина, пришедших голосовать за него, буквой А. Обозначим число тех, кто пришел голосовать за других кандидатов, буквой В. Таким образом число П — процент голосов за Путина — будет А/(А+В).

Поскольку сторонники бойкота являются противниками Путина, чем успешнее их агитация за бойкот, тем меньше число В. Число А от этой агитации не зависит — путинский избиратель на уговоры «бойкотистов» не отреагирует. Следовательно, тем БОЛЬШЕ будет число П.

Иначе говоря, успешность тактики бойкота — отказ участвовать в выборах сторонников оппозиционных взглядов — УВЕЛИЧИВАЕТ процент голосов, поданных за представителя партии — действующего президента.

Пример? Пожалуйста.

Постоянно публикуются «утечки» о том, что в Кремле существует некий план «70 на 70». Что им надо, чтобы на выборы пришли 70% избирателей, и 70% из них голосовали за Путина. В России (округленно) — 110 миллионов избирателей. Если 70% придут на выборы — это 77 млн человек.

Предположим, что кремлевские оценки верны, и 70% из них хотят голосовать за Путина. Это 54 миллиона человек. Остальные 23 миллиона человек хотят голосовать за других кандидатов. Предположим, что тактика бойкота удалась, и на выборы сознательно не пошли 10 из этих 23 миллионов избирателей — почти половина из «непутинских». Что мы получим?

На выборы пришли 67 миллионов человек. Путин получил те же 54 миллиона голосов. И набранный им процент голосов составил уже не 70%, а 81%. Оглушительный успех. В результате успешной реализации тактики «бойкота».

Да, немного снизилась явка избирателей, и теперь она составит только 61%. Но успешность выборов для победителя определяется в первую очередь набранным процентом голосов, а не явкой. Явка избирателей на президентских выборах составила в 1996 году — 70%, в 2000 году — 69%, в 2004 году — 64%, в 2008 году — 70%, в 2012 году — 65%. Кому сегодня, кроме политологов, интересны эти цифры?

Приведенный пример, конечно, условен, но он позволяет понять главное. Бойкот только на руку власти. При этом совершенно не важно, не пришли вы на выборы, или пришли, но унесли с собой бюллетень, — проценты кандидатов считаются на основании только тех бюллетеней, которые опущены в урну.

Повлиять на итоги выборов можно, сделав бюллетень недействительным — тогда ваш голос, по крайней мере, будет учтен в знаменателе упомянутой дроби, и не увеличит «путинский процент». Но не будет учтен в числителе — то есть, этот голос не поможет ни одному оппозиционному кандидату увеличить его процент. А, значит, не поможет выяснить, сколько же есть граждан, которые поддерживают альтернативу действующей власти. И голосование которых может если не сменить власть, то хотя бы заставить ее изменить политику.

Характерно, что призывы к бойкоту выборов громче всех звучат из уст тех, кто в этих выборах, скорее всего, не сможет участвовать. И кто, как Алексей Навальный, считает оппозицией только себя, а выборы — только тогда выборы, когда он в них участвует. Законность отстранения Навального от выборов крайне сомнительна. Но столь же сомнительно и отношение к выборам, поставленное в зависимость исключительно от регистрации конкретного кандидата: чем, по сути, это отличается от мнения тех, кто полагает, что Путину нет альтернативы?

Исход выборов не предрешен даже в условиях нынешнего политического режима. Власть может не смениться на выборах, а может и смениться. Программа-минимум для оппозиции — добиться второго тура, не позволить Путину получить более 50% в первом туре.

Для этого, исходя из упомянутой «электоральной арифметики», нужен не бойкот а «антибойкот». Нужно призвать тех, кто хочет сменить власть в стране, прийти на выборы и голосовать за приемлемых для них кандидатов. Увеличить знаменатель для «путинского процента» — и тем самым этот процент уменьшить. Опустить ниже 50%. А не оправдывать свое бездействие рассуждениями об «активном бойкоте».

Что «активный бойкот», что «пассивный» — результат один: тот, кто не пошел на выборы, своими руками, отдал власть Путину, отказавшись от попыток что-то изменить.

Да, у тех, кто пойдет, это тоже может не получиться.

Но он, как Рэндл Патрик Макмерфи — герой «Полета над гнездом кукушки», — может сказать «я хотя бы попытался».

Оригинал

Бегство из Сирии

Итак, (в который раз!), В.В. Путин заявил о выводе российских войск из Сирии. Будут они выведены или нет – непонятно. Верить словам В.В. Путина нельзя, контроль за его действиями со стороны российского общества отсутствует.

ЯБЛОКО = единственная партия в России, которая провела результативную кампанию «Время вернуться домой!» против не соответствующей интересам граждан России, частной войны В.В. Путина в Сирии.

Г.А. Явлинский – единственный кандидат на выборах Президента России, который ясно ставит задачей завершить участие России в сирийской авантюре В.В. Путина.

Главное, - как во втягивании России в войну в далекой Сирии, так и в объявленном выходе из войны – желание В.В. Путина договориться с западными странами о том, чтобы его закадычные бизнес-друзья снова были признаны гражданами мира – с них были сняты санкции, а новые санкции (включая заморозку их активов в Соединенных Штатах и Европе) не были введены.

Не получилась «новая Ялта» в наступлении в Сирии, теперь ищется «новая Ялта» в объявленном бегстве из Сирии. Не ради российских граждан, исключительно – ради себя и своих друзей.

Объявленное решение В.В. Путина помимо задачи манипуляции общественным мнением в России (участие в войне «у черта на рогах» в России непопулярно), является фактом признания тяжелого положения, в которое В.В. Путин и его подчиненные привели Россию.

Перспектив нет. Санкции серьезны. В экономике – тупик. Стратегически всё проиграно. Страна уже пришла к национальной катастрофе, составная и главная часть которой – состояние умов граждан.

Новая попытка – сохранив лицо внутри страны – объявив свой сирийский провал «победой», дать сигнал западным странам о готовности договариваться с целью облегчения положения России.

Но победы нет – выброшены, растрачены огромные деньги, остро необходимые на социальные цели внутри страны, против России развязана война (взрыв рейса 9268, взрыв в метро Санкт-Петербурга), убиты десятки российских военных и, похоже, сотни российских наёмников.

Ничего, кроме затрат и потерь граждане нашей страны от частной войны В.В. Путина в Сирии не получили.

Объявленное бегство из Сирии не означает, что В.В. Путин, не получив желаемого от западных стран, не продолжит свои авантюры в другой «горячей точке» мира – в Ливии.

Авантюризм – неотъемлемая черта руководителей нашей закатной, уходящей в историческое небытие России.

Бегство из Сирии объявлено, деградация страны продолжается.

Экономика «осажденной страны» «Денег нет»: куда они делись, и откуда их взять

В 2018 год президент входит с экономикой, основные показатели которой хуже, чем были 6 лет назад. Экономический рост окончательно исчез, доходы населения падают. Успехи некоторых финансовых показателей на этом фоне не слишком-то и радуют. «Деловой еженедельник "Профиль"» разбирался, почему это произошло, и что с этим можно сделать.

Болезнь

В 2012 году экономика окончательно ликвидировала последствия кризиса 2008/2009 годов по ВВП, а падения реальных доходов населения в тот кризис не было вообще. Так что можно сказать, что с новым сроком президента Владимира Путина началась новая жизнь, «с чистого листа».

И в 2012–2013 годах экономика продолжила свой рост, хотя и все замедляющимися темпами. В 2014 году она остановилась. В начале 2015‑го резко упала (цены на нефть, санкции, внутренние причины) – на 2,6% за I квартал – и долгих 2 года оставалась «на дне». Только в 2017 году начался рост, но, увы, медленный и весьма неустойчивый.

Всплеск ВВП во II квартале 2017‑го наполовину объясняется ростом запасов, которые впоследствии не были выкуплены конечными потребителями, а так и остались на складах. Что и дало сбой в дальнейшем росте ВВП в конце лета–осенью: ведь зачем производить, если склады и так забиты? Другая часть роста 2017 года основана на завышенных расчетах инвестиций и строительства (ошибки расчетов уже «почти признаны» самим Росстатом, впрочем, с пересчетами он не спешит). По существу, и в 2017 году экономика продолжила «лежать на дне».

Продолжение здесь.