June 5th, 2016

Крым – гнилой тыл России

Итак, случилось неизбежное.

Российское начальство, наконец, крепко, в кровь разбило морду крымнашизму у самых его истоков, на месте священных танцев с русским флагом и пукающих в небо салютов – в Крыму. Не прошло и трёх лет. Теперь и там людям становится понятно, в какое государство они вляпались – здесь начальство всё, остальные – холопы. Под лицемерным лаком «исторической справедливости».



Понятно было, что захват Крыма, как и связанная с ним гибридная война Путина и его подчинённых с Украиной – стратегическая глупость, несовместимая с выживанием России в современном мире. Осознание этой истины займёт ещё некоторое время у коррумпированной во всех смыслах российской «элиты», с долгосрочными интересами граждан страны (а это и есть – Россия) не связанной. Затем придет время для тяжелого осознания реальности растлённых подлым телевизором подданных.

Равным образом, ясно было, что экономические жертвы, на которые идут граждане России, получив от Путина себе на шею на 70% дотационный Крым (каковым он был и при контроле над ним Украины) бессмысленны. Положительный эффект от роста пенсий и зарплат для жителей Крыма практически исчерпан, о чём говорит недовольство крымских пенсионеров при встрече с бодрячком Медведевым.

Наконец, когда стоял вопрос о захвате Крыма, демократическая оппозиция предостерегала путинцев от этого решения, указывая в частности, на проблему крымских татар. Этот вопрос совершенно не «по зубам» правящей в России госбезопасности – ни в каком смысле – они даже не понимают, насколько они ничего с ним не могут сделать. Но они же ничего не слушают и, мало нам Северного Кавказа, сунули теперь в штаны России крымского ежа.

Теперь наступил новый этап – сами крымские жители столкнулись с обычным для путинской России бесправием, а пламенный крымнашист и путинист блогер Горный кричит: «Путин, мы потеряли Крым!».

Но ничего необычного по российским понятиям в Крыму не происходит. Этого не может понять крымнашист Горный, наивно считающий, что местное начальство и полиция – плохие, а Путин – хороший и нужно только, чтобы он услышал честного Горного и таких же как он жителей полуострова, недовольных российским начальством и российской полицией. Держи карман шире, чудак!

Теперь в Крыму так же, как в России начальство не даёт проводить митинги, обливает грязью гражданских активистов, хватает и суёт в автозак местных депутатов и граждан, нагло врёт людям о том, что остановит планы застройки лакомых для друзей начальства мест, перекрывает гражданам подходы к морю. Что касается последнего, то крымские активисты могут посмотреть на аналогичные явления в России и на акцию ЯБЛОКА «Вернём народу землю и воду!».

Всё более очевидно даже для граждан, голова которых с размаху разбита кувалдой ПутпнТВ, что Крым – не передовой рубеж «русского мира», не его прочный тыл, который укрепляет внутреннее политическое положение правящей группы и создавшиеся порядки.

Напротив, это сжирающая крайне необходимые российской провинции сотни миллиардов рублей ненасытная проблемная территория, «чёрная дыра», с которой, даже если выгнать нынешних местных руководителей (что обязательно будет) – не справиться.

Путин втянув, ради своих частных целей, Россию в крымскую, авантюру, только углубил проблемы, с которыми столкнулась наша страна. Сгнившая российская властная система принесла свою гниль в Крым – нате вам!

Выход есть.

Сегодня очевидно, что проиграли те, кто считал  необходимым согласие с растлённым подлым крымнашизмом «народом». Они помогли путинистам своим соглашательством и пассивностью создать России очередную проблему.

Правы оказались те, кто наперекор охватившей Россию подлости решительно выступал против устроенного Путиным неслыханного безумия. Пьяного крымского безумия.

Глоток из кубка чужой славы

Моя команда не попала в плей-офф НХЛ. Но смотреть финал Питтсбург – Сан-Хосе очень интересно. Вчера бородатые «акулы», за которых болею в этой серии, выиграли в овертайме тяжёлый третий матч и сократили отставание от «пингвинов».

Перед матчем зрители в Сан-Хосе почтили память Мухаммеда Али. Тёмный зал, вставшие люди, цветные всполохи, посередине белый экран, слева – лицо Али, справа его слова. Торжественный голос диктора. Краткая церемония прощания. И всё. Конец. Жизнь продолжается. Помчалась вперёд игра. Тяжёлый матч. Смотришь с горьковатым чувством грусти об ушедшем прошлом.

Перед хоккеем, в память об Али и любившем его отце, смотрел великое противостояние из трёх матчей Али с великим Джо Фрезером. И, конечно, его вершину - «триллер в Маниле» - 3-й матч 1 октября 1975 года, 15-ти раундовый поединок, в котором Али выиграл после 14-ти раундов.

И вот, матч закончен.

Вдруг на ринг поднимается в белом костюме позднее свергнутый диктатор Филиппин, папа «экономического национализма» Маркос. Он вручает кубок Али, полуживому после побоев от Фрезера.

40 лет прошло с тех пор.

Другая страна. Другое время. Другой спорт.

Но всё те же повадки у авторитарных правителей.

Бежит, переваливаясь, по ковровой дорожке, весь в черном  нынешний российский правитель – Маркос-суперлайт, отец «импортозамещения», вручать кубок сборной Канады, победившей на чемпионате мира в Москве.

Один лез в ринг, другой семенит по льду.

Почему их так тянет прислониться в чужой славе? Обнять её? Зачем им это нужно?

Может быть, здесь внутренняя тяга к тому, чтобы быть самыми-самыми? Она заставляет их хватать руками жар от чужого огня? Обжигать руки о хвост жар-птицы? Показывать исподтищка всем свои ожоги. Дескать, - мы тоже часть огня.  

Возможно, за этим стоит прагматичный, как они считают, расчёт – послать миру сигнал, что они тоже, мол, часть этого мира, они не страшные крокодилы, любят спорт, так же как и обычные люди на Западе? Примите нас!

Или же, прячется за этой всесильностью – подняться к чемпионам, потрясти им руку, улыбнуться, похлопать по плечу, иное – детское чувство восхищения перед великими спортсменами, детская мечта стать такими же – чтобы лился на тебя восторг трибун, на груди горела тяжелым золотом медаль, и ты был на вершине мира?

Любая диктаторская власть незаслуженная, ненастоящая и потому ревнивая.

Она, лживая, тянется к победам в спорте, как к тому, что ей противоположно, что является настоящим. Ложь тянется к правде, хочет ею стать, но, умея прикоснуться, не может ею быть.

На вершине мира, пока жива человеческая память, остаётся потускневшее от времени тяжёлое золото славы, а то, что лишь трогало её руками, осыпается, забывается, уходит в бесславное прошлое. Никто о нём не помнит. И ничто не способно этого изменить.

Прощай, Али. Прощай Фрезер. Прощай незаконченный матч в душной, жаркой Маниле. Прощайте, оставшиеся далеко позади, нервные, живые 70-е.