March 1st, 2015

Человек за холодным окном

За окном, по московской улице Пятницкого, что бежит по старому, купеческому Замоскворечью, идёт человек.

На дворе поздняя осень, слякотная, холодная погода. Снег, крупными хлопьями падает с серого неба.

Человек в чёрном пальто, приподнял воротник. Голова непокрыта. Седоватые волосы аккуратно уложены, на носу очки в тонкой оправе. Он идёт неторопливо, наклонив плечи, о чём-то задумавшись. Нет в его фигуре энергии, устремлённой силы. Обычный человек. Очень одинокий.

Не раз видел его таким на нашей Пятницкой улице, и думаю, что это – самые мои хорошие воспоминания о Борисе Немцове. Вот именно такие воспоминания, - взгляд со стороны. Когда он не знал, что на него смотрят.

Политика – это сцена. Каждый, кто на неё выходит, играет. Многие из нас это понимают, поэтому ищут в политике подлинности – хотят, чтобы игра была жизнью.

И, может быть, для этого не лишне заглянуть иногда за сцену, – увидеть человека наедине с собой, погружённым в свои мысли, заглянуть ему в лицо.

Тогда, наверное, лучше понятно, что происходит. На виду яркая борьба – книги, выступления на митингах, эфиры, улыбки и энергия. А наедине с собой - совсем иное.

На первый взгляд, это разрушает цельность образа. Но, если подумать, то нет – делает образ не экранной картинкой верховного существа без личной жизни, литого из золота на счастье очумевшего Отечества, а иным – близким, человечным. А значит, подлинным.

Человек идёт среди падающего за окном мокрого снега. От нас, сидящих в кафе, с уютным светом, тёплыми кожаными диванами и массивными столами тёмного дерева, его отделает большой прямоугольник холодного окна.

Он исчезает за обрезом стекла, погружённый в себя, оставляет нас наедине с застывшей каменной улицей, равнодушно катящими слепыми авто, шипящими на мокром асфальте шинами. Мир за окном заострился крысиной мордой - стал скучнее, холоднее и жёстче.